Валентина Копанева: Пока жива память о них, они будут стоять за нашими спинами невидимой опорой
фото: Новая жизнь
«Нет в России семьи такой, где б не памятен был свой герой. И глаза молодых солдат с фотографий увядших глядят». Но порой случается и так, что ни фотографии, ни весточки, ни могилы нет.
Осталась только память, которую хранят потомки. Шестой год подряд газета продолжает публиковать истории фронтовиков, сохранившиеся в семьях одоевцев.
- Мой отец, Иван Кириллович Кузнецов, офицер, служил на Украинском фронте до тяжёлого ранения в 1944 году, после чего был комиссован.
Мой дед служил при Будённом посыльным. Был неграмотным, поэтому ему доверялось передавать важные донесения. Возможно, из-за этого в 1937 году был осуждён по политической статье на десять лет. А когда началась война, имел неосторожность сказать, что у нашего противника военная техника лучше. За такое высказывание ему добавили ещё пять. По этой причине моему отцу после школы было отказано в поступлении в военное училище. Свою мечту быть военным человеком он не оставил и уже в начале войны поступил в военно-инженерное училище, но здесь пришлось соврать и сказать, что отца у него нет. Окончив ускоренные курсы, получил лейтенанта. В подчинение ему дали штрафников. За годы своего боевого пути дослужился до старшего лейтенанта. Получил 37 ранений. Потерял кисть правой руки, на левой осталось два пальца. Вернулся в родной Плавск. Женился. Родил и воспитывал троих детей. В 47-м году с семьёй переехал в Тулу.
Несмотря на инвалидность, после войны научился играть на гармони. В одну из его поездок в Москву в электричке кто-то неумело перебирал клавиши. Отец попросил дать ему инструмент. Те с недоверием дали гармонь. И когда он заиграл, все были удивлены. Сняли шапку и начали ходить по вагону собирать деньги вроде как гармонисту. Собранные деньги папа брать отказался. Сказав при этом, что он не нищий, государство, за которое он сражался, платит ему пенсию.
Иван Кириллович всегда ходил на парад 9 Мая. Считал этот день святым праздником. Гордился победой в той войне. Умер 22 июня. Был похоронен в Туле. В последний путь, помимо многочисленных родственников, провожали курсанты военного училища, которые почтили его честь залпом орудий.
Я с гордостью ношу портрет отца в «Бессмертном полку». Передать невозможно те чувства, которые переполняют меня в этот момент. Лица с портретов выстраиваются как однополчане в один строй и, невзирая ни на какие преграды, идут вперёд как в те сороковые. И полк этот действительно Бессмертный. Пока жива память о них, они будут стоять за нашими спинами невидимой опорой.